Новости ДНР, ЛНР

Освобождение Дебальцево. Капитан комендантского полка: "Образок остановил осколок напротив моего сердца"

В третью годовщину завершения Дебальцевско-Чернухинской операции воспоминаниями о тех событиях поделился капитан комендантского полка Народной милиции ЛНР Виктор с позывным "Душман".

ДУХ СТАНОВИТСЯ ДУШМАНОМ

Виктор рассказывает о себе сдержано и кратко. Родился в Днепропетровской области, в 1982 году вместе с родителями ребенком приехал на Луганщину. Как и все сверстники маленького шахтерского городка, учился, потом работал. Последние годы перед войной трудился на шахте "Должанская-Капитальная" и других предприятиях объединения "Свердловантрацит". А потом началась война.

"Мой боевой путь начался с Металлиста. Это было лето 2014 года, июль, я поступил в распоряжение Сергея Викторовича Грачева. Базировались мы тогда в администрации (комплекс зданий бывшей Луганской областной государственной администрации). Оттуда с ним и его ребятами я начал и иду до сих пор, до конца", - вспоминает Виктор.

Говорит он скупо, по-военному четкими формулировками, но иногда на лице сосредоточенного ротного проскальзывает озорная улыбка.

"Для "афганца" я шибко молодой, а позывной "Душман" появился у меня в мае 2014 года, когда я прибыл в ополчение. Мои новые сослуживцы уже успели принять участие в первых боевых стычках, и меня, как "по сроку службы" молодого, нигде еще не участвовавшего и себя не проявившего, окрестили кличкой "Дух". Ну, как в армии – в смысле "душара". Но потом в первом же бою я показал себя, и тогда они быстренько изменили этот позывной и резко повысили меня в звании до "Душмана"", - рассказывает он. 

Все лето, осень и зиму 2014 – начала 2015 года Виктор провел в тяжелой боевой работе - подразделения комендатуры с первых дней начала боевых действий были на всех горячих участках: держали блокпосты и оборону, занимались возведением оборонительных рубежей.

ПОД ДЕБАЛЬЦЕВО

К началу Дебальцевско-Чернухинской операции Виктор был уважаемым боевым офицером.

"В те дни я вошел в состав сводной роты под командованием Игоря с позывным "Омский". Был помощником, командиром взвода. Тогда одним из ключевых моментов операции стало замыкание "котла". Как получилось: по линии обороны мы закреплялись на захваченном плацдарме – заводили, подтягивали людей, доставляли боеприпасы и сужали, затягивали это кольцо. Также у нас была задача вытащить врага на себя, выдержать его удары, а под эту марку другие части и штурмовые группы заходили с флангов и сжимали кольцо. В один из таких моментов и произошел самый яркий момент той битвы для меня и, наверное, для многих других", - вспоминает он.

"Мы вели ночной караван – может, это и громко звучит, но на первую линию надо было привести людей, доставить боеприпасы. Наш караван составлял что-то около сорока человек. Мы шли первыми. Повезло, что на скользком спуске ребята подзастряли, а мы вырвались чуть вперед, оторвались от колонны как боевой дозор, чтобы просмотреть путь. Впереди шел "Омский" и еще один боец, а я шел третьим. Следом, чуть за нами, метрах в семи, шел наш командир Сергей Грачев, тоже получивший тяжелое ранение. И вот тут мы нос к носу столкнулись со встречной группой. Все произошло молниеносно. Темно, караван остановился, поначалу вроде как стандартный обмен паролями, все как обычно. Но тут вдруг пароль не тот, позывные не те – это враг! И все – моментально завязался бой. "Омского" и еще одного паренька сразу срубили огнем, обоих наповал, сразу "двухсотые". Били они по нам еще и с двух флангов, из-под вагонов, вот те как раз били по ногам. Мы получились сразу в полукольце. И когда я получил пулю в ногу, вначале даже не понял, что происходит, такое ощущение было, как защемило, запекло, и боли, как таковой, еще не чувствовал. Думал, ударился, да и когда думать в бою?! И тут метрах в пяти рванула граната РГД-5, и один осколок ударил прямо вот сюда (показывает рукой на центр груди). Осколок пробил жилет, пробил образок и застрял уже в мясе, не пробив грудину. Получается, образок Почаевской Божией Матери остановил осколок прямо напротив моего сердца… Этот осколок теперь у меня хранится на память", - Виктор расстегивает бушлат и достает висящий на цепи серебряный медальон с образом Богородицы. Он спаян, но все равно по левому краю, над ободом, виден широкий, рваный рубец.

"Когда я понял, что сейчас меня добьют гранатами или просто изрешетят, то каким-то чудом полез под вагон, понял, что нужно укрыться. Увидел слева от себя огневую точку, пытался еще и ее погасить, начал стрелять в ту сторону. Когда приподнялся, чтобы перезарядить автомат, то с правого фланга от себя получил еще пулю в спину, под броник. И хотя это было скользящее ранение, по мясу все прошло, в любом случае три дырки – это уже немало, хотя я все-таки еще оставался на плаву – соображал", - рассказывает он.

Дальнейшие события в памяти Виктора отпечатались фрагментарно.

"Четко помню, что пытался встать на ногу, но падал, не мог понять, что с ней не так. А там восемнадцать сантиметров большой берцовой кости в труху разнесло, ногу раскрыло как большую рождественскую утку. Боли, правда, в тот момент я все еще не чувствовал. Начал ее чувствовать потом, когда ребята меня вытягивали. Жгут я сам уже не мог наложить. В общем, начали отходить, отстреливались. Благо, что друзья прикрывали и не бросили в тяжелом бою. Особо благодарен другу с позывным "Меля". И нашему бойцу с позывным "Протон", наложившему мне жгут и сделавшему укол (обезболивающего). К сожалению его уже нет в живых. Благодаря нашим ребятам я остался жить. Тащить меня, "трехсотого", было далеко, и по весу сам я не маленький, да, плюс еще на мне боекомплект, разгрузка, броник. Тем более я уже "уплывал", тело обмякло. В общем, тащили меня сначала на автоматах по земле, а потом, когда можно было подняться в полный рост, несли, положив на автоматы. Вот так занесли в домик, где была полевая медсестра, но эту женщину я уже смутно помню, все эти моменты кусками. Погрузили в БМПшку, доставили в полевой госпиталь в Зоринск, там оказали первую медицинскую помощь, а оттуда - в Алчевскую горбольницу, и потом уже сюда – в Луганскую Республиканскую. Наложили аппарат Илизарова, заштопали все, долго боролись, была угроза потери, но ногу спасли. Спасибо всем нашим врачам – благодаря этим людям я продолжаю жить, служить, и надеюсь, все будет хорошо", - отметил капитан.

ЗАСТУПНИЦА

Офицер бережно хранит в душе память о том чуде, что спасло ему жизнь.

"Когда в очередной раз приехал в Санкт-Петербург в (военно-медицинскую) академию, то пошел в собор. Там есть большая икона Богородицы, где по периметру расположены все почитаемые образы. Встал перед нею и ищу свою – Почаевскую. Раз несколько глазами прошелся и никак не могу ее найти, аж расстроился. Ладно, поставил свечечку и говорю про себя: "Где ж мне тебя искать-то?". Поднимаю глаза и прямо перед собой вдруг вижу этот образ! Ну, не чудо?!", – рассказывает капитан.

В ответ на просьбу беречь себя Виктор ответил коротко: "А как тут беречься? Пока этих демонов не остановим, тут особо беречь себя не получится. Вот после войны…".

***

Подразделения Народной милиции ЛНР и Минобороны ДНР 23 января 2015 года начали активные действия по ликвидации Дебальцевского плацдарма, занятого киевскими силовиками на стыке территорий двух Народных Республик. 18 февраля власти ДНР объявили об освобождении города от украинских карателей.

Военнослужащие комендантского полка отличились во взятии и последующем удержании стратегически важного населенного пункта Чернухино, участвовали в штурме Дебальцево и ряда важных объектов, включая украинские блокпосты, в том числе ключевой блокпост "Камень" (район Зоринск-Чернухино). Участвовали в боях за мост возле так называемой "шлаковой горы" вблизи Алчевска. В ходе боев только этого периода погибли 12 бойцов и офицеров части, а 51 военнослужащий, включая командира полка и двух его заместителей, получили ранения различной степени тяжести. Невзирая на тяжелейшие условия и потери, воинская часть с честью выполнила все задачи, поставленные командованием Народной милиции.

Подписка

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить