В ОБСЕ заявили что за пять лет ни разу не видели оружия на границе Россия-Украина

Ровно пять лет назад, 30 июля 2014 года, на пограничные пункты Гуково и Донецк на границе России и Украины прибыла передовая группа наблюдательной миссии ОБСЕ, которая была создана по инициативе Москвы за пять дней до этого для мониторинга ситуации в районе. Конфликт в Донбассе тогда находился в его наиболее горячей фазе, шли активные бои между украинскими силовиками и ополченцами, в том числе за контроль над погранпунктами. Сегодня на границе спокойно, и ее каждый день пересекают на этих пунктах 11-12 тысяч человек, ведется активное экономическое взаимодействие, а всего за пять лет границу пересекли более 18 миллионов человек. Об этом и многом другом в преддверии годовщины начала работы миссии ОБСЕ РИА Новости рассказал ее глава Дьердь Варга.

– Наблюдательная миссия работает на российско-украинской границе с лета 2014 года, лично вы возглавляете миссию с 2017 года. Можете ли вы назвать какие-то отличия сегодняшней ситуации от того, что было пять лет назад и в момент вашего подключения к миссии? Прослеживается ли какая-то позитивная или негативная динамика?

– Готовясь к пятой годовщине размещения наблюдательной миссии, я изучил документы, доклады моих предшественников тех первых месяцев. Я задался тем же вопросом, что и вы. Я думаю, ситуацию на границе пять лет назад можно охарактеризовать ссылкой на первый еженедельный отчет наблюдательной миссии, опубликованный 6 августа 2014 года, когда пограничный контрольный пункт Гуково был закрыт в течение нескольких недель из-за боев, а сегодня мы можем ежедневно наблюдать нормальную ситуацию на обоих погранпунктах. Среднее число пересечений границы находится в районе 11-12 тысяч человек в день на обоих пунктах. Это позитивное изменение. Однако политическая ситуация не изменилась – Украина не может восстановить контроль над границей.

Принимая во внимание решение стран-участниц ОБСЕ сохранить присутствие организации на обоих погранпереходах, мы делаем все возможное, чтобы исполнять наши задачи, которые уже пять лет требуют беспристрастности и прозрачности от наблюдателей.

– Россия начала выдавать российские паспорта украинцам, проживающим в Донецкой и Луганской областях. Повлияло ли это на динамику пересечений границы?

– Как вы понимаете, наблюдательная миссия не занимается политическими аспектами ситуации в регионе. Наш мандат очень ограничен. Мы не занимаемся выборами или вопросом выдачи российских паспортов на Украине. В то же время мы регулярно получаем статистику пересечений границы от соответствующих российских ведомств. Мы обнародуем эти данные, и я могу сообщить вам о трендах, которые мы отмечали в наших еженедельных докладах странам-членам ОБСЕ. Если посмотреть количество въездов в РФ в одинаковые периоды времени в последние три года (например, 14 мая – 15 июля) на погранпереходах Гуково и Донецк, то мы не выявим особых изменений в 2019 году. В 2017 году – 385 222 человека, в 2018 году – 365 606 и в 2019 году – 362 680 человек пересекли границу в РФ в этот период. В то же время нужно понимать, что этими двумя погранпунктами возможности пересечь российско-украинскую границу не исчерпываются.

– Время от времени появлялись идеи расширить наблюдательную миссию ОБСЕ на российско-украинской границе, например, увеличить состав миссии, расширить ее действие на дополнительные погранпункты. Как вы считаете, есть ли в этом необходимость?

– Когда я делал свои доклады в Постоянном совете ОБСЕ, у меня была возможность понять, что географический охват и мандат наблюдательной миссии остаются главным пунктом расхождения стран-участниц. Я сделал свой последний доклад Постоянному совету 13 июня. Я проинформировал постоянных представителей 57 стран-участниц о готовности наблюдательной миссии исполнить любое решение Постоянного совета о потенциальных изменениях в мандате или временных рамках работы миссии. Эта миссия за последние пять лет накопила достаточно опыта, чтобы быстро отреагировать на потенциальные операционные изменения, основанные на консенсусе стран-участниц. Это зависит от них. Миссия это инструмент, а не политический фактор.

Один из главных предметов моей обеспокоенности как главы миссии состоит в краткосрочности ее мандата, что создает дополнительные административные сложности для участников миссии, секретариата ОБСЕ и стран-участниц.

– Наблюдательная миссия была направлена в Гуково и Донецк по приглашению РФ, как вы можете охарактеризовать взаимодействие с российскими властями: предоставляют ли они достаточно поддержки работе миссии?

– Наблюдательная миссия поддерживает контакты с центральными, региональными и местными властями. МИД РФ – наш главный партнер, помогающий нам исполнять свой мандат, и я благодарен представительству МИД РФ в Ростове-на-Дону за их поддержку, а также мэру Каменск-Шахтинска, местной полиции и медучреждениям за их постоянную поддержку.

– В чем заключается текущий мандат миссии, и как выглядит обычный день участника миссии?

– Постоянный совет, принимая приглашение РФ, озвученное в письме министра иностранных дел Сергея Лаврова председателю ОБСЕ от 14 июля 2014 года, решило разместить наблюдателей ОБСЕ на двух российских погранпунктах Донецк и Гуково. Наблюдательной миссии было поручено мониторить ситуацию на двух погранпунктах, а также передвижения через российско-украинскую границу и докладывать о них. Миссия работает в соответствии с принципами непредвзятости и прозрачности. Изначальное время ее работы было три месяца, но на протяжении последних пяти лет оно продлевается на 3-4 месяца Постоянным советом. В этот период главные параметры мандата миссии не менялись. Текущий мандат истекает 30 сентября.

Все полевые миссии создаются по договоренности с принимающей страной. Учитывая чувствительность ситуации в районе нашего размещения, есть ограничения по технике, которую мы можем применять, а также по передвижениям наших наблюдателей. Тем не менее мы имеем возможность эффективно вести наблюдения. Наши наблюдатели работают на границе 24 часа семь дней в неделю без перерывов. Главный офис миссии находится в Каменске-Шахтинском в Ростовской области. Чтобы добраться до границы, нашей команде необходимо преодолевать 40-70 километров. Отсутствие меморандума о взаимопонимании между ОБСЕ и РФ, к сожалению, добавляет административных сложностей нашим сотрудникам. Например, мы не можем нанимать местных жителей, это значит, что каждый сотрудник миссии должен брать на себя часть административной работы – от докладов до перевода и обслуживания автомобилей – в дополнение к своим обязанностями как наблюдателя.

– Как много наблюдателей работает сегодня в миссии, какие страны они представляют?

– Сегодня миссия состоит из 21 сотрудника, включая главу миссии, которого называют главным наблюдателем. Несмотря на то, что цифра скромная, наша команда представляет 15 стран (Армения, Босния и Герцеговина, Болгария, Финляндия, Франция, Грузия, Греция, Венгрия, Италия, Молдавия, Северная Македония, Польша, Сербия, Швеция и Турция). Я считаю, что большое число представленных стран является лучшей гарантией принципа непредвзятости и прозрачности в нашей деятельности.

– Наблюдательная миссия в своих еженедельных отчетах регулярно упоминает среди пересекающих границу категорию людей "Лица в одежде армейского образца". Наблюдала ли миссия когда-либо перемещения военной техники и реальных военнослужащих через границу?

– Наблюдательная миссия продолжает регистрировать лиц в одежде армейского образца на обоих погранпунктах. Цифры показывают общее снижение в этой категории в сравнении с аналогичными периодами прошлых лет.

В отношении военной техники наблюдатели не наблюдали и не регистрировали военный транспорт, оружие, пересекающие границу на погранпунктах Гуково и Донецк в последние годы. В то же время у нас есть впечатляющая статистика того, как эти погранпункты используют люди и экономические операторы с обеих сторон границы. С 30 июля 2014 года и до сегодняшнего дня более чем 18 миллионов человек пересекли границу на обоих погранпунктах. Наблюдатели зарегистрировали более 150 тысяч грузовых автомобилей, 40 тысяч микроавтобусов и 4,5 тысячи поездов, пересекших границу рядом с погранпунктом Гуково. С самого начала мы зарегистрировали 83 российских конвоя, отмеченных как гуманитарная помощь и пересекших границу в погранпункте Донецк.

– Удается ли вам общаться с людьми, пересекающими границу? Что они говорят?

– В соответствии с рекомендациями принимающей стороны, участники миссии не могут брать интервью у пересекающих границу людей или проводить с ними обстоятельные беседы.

– Вы работали в посольстве Венгрии в Москве, сейчас вы глава наблюдательной миссии ОБСЕ в Ростовской области. Узнали ли вы что-то новое о России за время работы на текущей должности?

– Да, я работал в вашей столице в качестве чрезвычайного посланника и полномочного министра в посольстве Венгрии в 2000-е годы. В годы моей дипломатической службы Россия была одной из постсоветских стран, где мне довелось поработать. До России я работал на Украине в 1990-е годы, а после работы в России меня назначили послом Венгрии в Молдавии. В этих трех странах я накопил двенадцатилетний опыт жизни в Восточной Европе как в смысле общего наследия бывших стран СССР, так и их национальной культуры и менталитета. И вдобавок к этому я провел уже 20 месяцев, работая на нынешней позиции в Ростовской области. Я смог расширить и углубить свое понимание процессов, которые происходят в регионе.

Конечно, как представитель ОБСЕ, следуя принципам беспристрастности, я дистанцируюсь от своих предыдущих должностей во время работы на Украине и в России. Я знаю обе страны и надеюсь, что мой опыт помогает мне эффективно управлять наблюдательной миссией в соответствии с мандатом и в интересах объективного и прозрачного обеспечения 57 стран-участниц беспристрастной информацией о ситуации на двух российских погранпунктах.

Читайте так же: